новости G_музыка библиотека город моё софт линки
Супер-Пупер-Эго

Все знают о том, что влияние алкоголя на психофизиологию человека изучено досконально. Спирт (продукты брожения) влияет на всякие там нейроны и позитроны, нейроны начинают как-то особенно нейронить, и человек пьянеет.

Изрядно всё изучив, что на чего действует, медики написали сотни книжек о том, как все это плохо и вредно. Капля спирта убивает лошадь за рулем, и всё такое.

Тем не менее, все эти книжки не могут ответить на несколько элементарных вопросов. Вот вопрос номер один: почему один человек, будучи в подпитии, становится добрым и дарит вам сто долларов, а другой имеет самое серьезное намерение сделать вам фейс-контроль?

Если алкоголь действует на всех так одинаково, то почему последствия у всех слишком разные? Не подскажете?

Вопрос номер два: сотни тысяч водителей говорят, что некая небольшая доза алкоголя для них является серьезным облегчением в процессе вождения: «накатив», они катятся лучше, их реакции становятся точнее. В это же самое время академически точная наука медицина – «костьми в землю ложится», непререкаемо доказывая, что алкоголь в любых дозах вреден в неважно каких количествах.

Это было доказано тысячами экспериментов: у водителя снижается реакция на опасность (в милилитросекундах), и, физиологически, они более отождествимы с одной из педалей своей машины (а именно – тормоз), хотя психологически почему-то имеют обыкновение жать на другую (а именно – газ). Парадокс, вы не находите?

Физиология алкогольного акта изучена досконально, – но вот с «психологией усугубления» у науки дело не пошло. Собственно, нет предмета для изучения. Если считать, что алкоголь вреден в любых количествах, то, по крайней мере, странно пытаться понять, – как именно он вреден?! К тому же все хорошо, пока тренироваться на крысах, лошадях или водителях грузовиков, а вот возьми человека менее реактивной профессии, где число миллисекунд не играет никакой роли, – и что тогда? Какие у нас будут полезные выводы?

Ну, например, водитель должен среагировать на некий стимул за 0,1 секунды. И если он, выпив стакан пива, начинает реагировать за 0,2 секунды, это ведь совершенно не значит, что пиво вредно, ибо торможение реакций само по себе никакой вредностью не обладает, или же, напротив, спать еще в 1000 раз вреднее, чем пить пиво, ибо там реакция следует с задержкой на несколько минут и более. Как говорят, «позднее утреннее зажигание».

Если пиво дает задержку реакции в 100 процентов, то это совсем не значит, что оно вредно, но значит, что с определенным набором профессий, требующих особо быстрой реакции, пиво мало совместимо. Реакция – это обязательный атрибут профессии водителя. Если кетчуп и сосиски способны затормозить реакцию (кстати, а никто не додумался это проверить, как изменяется реакция водителя в зависимости от наполненности его желудка?), то сосиски и кетчуп несовместимы с профессией водителя, но их вредность тут совершенно не при чем.

Давайте возьмем другой пример: 50 грамм водки на один эстрадный выход. Эстрадность, как правило, подразумевает максимальную вживленность в исполняемую роль, естественное и гармоничное исполнение сцены (песни, актерской роли). О том, что актеры как-то очень не совместимы с трезвостью, хотят легенды, а это значит, что 50 грамм и более помогают им лучше вжиться в свою роль и тщательно ее прочувствовать. Почему ученые измерили водителей, но игнорировали творческую интеллигенцию?

Понятно дело, что актеру, в отличие от водителя, не нужно реагировать за две миллисекунды, а нужно нечто иное, что он и получает, окаянный, вместе с водкой. Я не говорю, что пить хорошо, и что «истина в вине», но вывод при измерении нашей творческой интеллигенции будет строго противоположный шоферскому. Если бы наука, столь же прямолинейно, подошла бы к вопросу влияния водки на выраженность актерского мастерства, то и вывод был бы дуболомный: пить водку полезно. Но мы с вами знаем: в профессиональном плане нельзя установить ни объективную вредность чего-либо, ни объективную полезность вещества. В контексте той или иной профессии, – ради бога, но здесь уже речь идет не об объективной вредности, но об избирательной несовместимости.

Про каплю никотина знают, наверное, все, но если кто не знает, то я напомню: дело в том, что в сигарете (даже если это «Беломор-Канал») не содержится не только капли никотина, но даже и сотой части этой капли. Для того чтобы получить реальную каплю, вам нужно за один присест выкурить примерно месячную дозу табака. Разумеется, если у вас хватит рта засунуть, поджечь и несколько затянуться, то вы отравитесь. Но это невозможно. Ну а в той порции никотина, что вы выкуриваете ежедневно, не хватит даже на злой умысел умертвить тушканчика, – а уж про лошадь и говорить не стоит.

Вернемся к алкоголю. Я хотел рассказать вам о стадиях его воздействия на психику. Эти стадии столь же универсальны, как и теория опьянения с точки зрения медицины. Правда, последняя не может объяснить, почему некоторым шоферам кажется (и, скорее всего, так оно и есть), что, чуть выпив, они ведут машину увереннее. А я могу. Последняя не может объяснить, почему при одинаковом влиянии алкоголя он приводит к совершенно разным поступкам. А я могу это объяснить. И, наконец, я знаю, почему люди пьют в поиске музы, и почему звучание ее голоса настолько сильно сопряжено с винно-водочными возлиняниями.

Стадия первая: угнетение функции диссоциированного контроля

Самое первое, что «разлаживается» в человеке, когда он немного выпьет, – это «способность» к диссоциированному контролю.

Диссоциацией я называю умение смотреть на себя глазами другого человека. Если вы хотите хорошо прочувствовать, о чем это я говорю, то просто представьте себе, что вы ненароком упали в лужу и испачкались, – и теперь, в таком виде, вам добираться до дома, чтобы все поправить. Мерзкое чувство, правда?! Ощущение, что вас все пристально разглядывают, и оно не исчезнет, даже если закрыть глаза. Правильно, не исчезнет, ибо самый злоглядящий и критикующий зритель – это мы сами.

У дядьки Зигмунда Фрейда есть понятие Супер-Эго, – некой критикующей и ограничивающей наше поведение психической структуры, сумма запретов и табу. Супер-Эго появляется в самом раннем детстве, формируясь на основании предписаний наших родителей, родственников и ближайшего окружения. Не мучай кошку, не обижай товарища, не делай того и этого. В результате такой обработки появляется Супер-Эго, внутренний родитель.

А диссоциированный контроль, – это еще более сложная структура. Это Супер-Пупер-Эго, если угодно. Это – способность моделировать свое поведение, основываясь на суждении о нас других людей, которые мы предполагаем сами. Перечитайте еще раз, боюсь, с первого раза не прокатит: диссоциированный контроль – это наша способность моделировать свое поведение, основываясь на предполагаемых нами суждениях других людей о нас самих. В НЛП это называется «галлюцинированием» или «чтением мыслей», – мне кажется, что он думает про меня вот так и этак, а это значит, что мне надо сделать так и этак, чтобы он так про меня больше не думал.

Диссоциированный контроль у нас проявляется довольно поздно, где-то перед пубертатным периодом (плюс-минус), или, говоря проще, накануне начала полового созревания. С этого момента наш маленький робот приобретает способности к саморегуляции без каких-либо программ или команд. И с появлением Супер-Пупер-Эго значение Супер-Эго (и родительского влияния) начинает уменьшаться со скоростью света, а саморегуляционная ценность диссоциации, – возрастает.

Фрейд, когда он обнаружил, что его теория как-то не очень объясняет все на свете, полез в глубины подсознания и придумал мортидо (инстинкт смерти), а вот если бы он посмотрел вверх и придумал Супер-Пупер-Эго (структуру-диссоциатор, отчужденную от Супер-Эго, да еще и самопрограммирующуюся), то, возможно, психоанализ сегодня был бы другим, и он бы смог дать больше ответов на все вопросы. Ну, да и ладно. Итак, первое, что делает с нами алкоголь, – угнетает Супер-Пупер-Эго. К каким следствиям это ведет?

Самый яростный наш критик, говоря языком Ерофеева, – это «глаза моего народа», какие мы якобы видим. 18 часов в сутки (за исключением сна) мы постоянно смотрим на себя и смотрим на себя глазами других людей. Мы думаем, прежде что-то сказать другому, и мы думаем, прежде что-то сделать.

Мы предопределяем реакции и отношения, и выстраиваем свою линию (поведения, слов, внешнего вида) таким образом, чтобы результат был самым эффективным. Этот контроль настолько силен, что реальное мнение реальных людей в нас вторично по отношению ко мнению нашего Супер-Пупер-Эго.

И наиболее ярко проявляется у женщин (по вполне понятным причинам). Понаблюдайте. И это даже в рекламе хорошо видно, например, в серии реклам «Почувствуйте себя богиней». Там ни одного мужчины за километр близко нет, сплошь одни богини, которые самонаслаждаются своей красотой.

Смотрите: женщина думает, что все остальные думают, что это круто. Это уже концепция, почти как верить в бога: если вы соглашаетесь с ее выбором и предпочтением, то она выбирает именно это, а если не соглашаетесь, то она все равно выбирает это (дескать, вы ничего не понимаете в моде, у вас плохо со вкусом, и так далее). Что вы думаете на самом деле, уже не имеет никакого значения, ибо есть готовое предположение о том, что вы думаете.

Но вернемся к нашей водочке. Итак, первое, что происходит от возлияния, – наше Супер-Пупер-Эго выключается, как лампочка. Почему это происходит, я не знаю, да и не важно. А можно лишь отметить, что считать и писать человек учится гораздо раньше, чем у него появляется Супер-Пупер-Эго. Чем сложнее его когнитивная (думающая) способность, тем раньше она «отключается».

Стадия вторая: ослабление психического напряжения

Уже самая небольшая порция алкоголя обнаруживает, что люди, которые вас окружают, очень милы и симпатичны. Эффект, известный всем. После первой-второй рюмки и тосты идут проще, и общаешься легче, и паузы меньше, и вся атмосфера становится непринужденней. В чем тут дело?

А дело как раз в отключении или ослаблении функции Супер-Пупер-Эго. Нам становится труднее смотреть на себя глазами других людей, и, как следствие, мы теряем способность к самокритике в свой адрес чужими устами. Внимание: не столько алкоголь так влияет на нас, сколько тот факт, что ослабевает диссоциированный контроль! Мы начинаем меньше «следить за базаром», теряем способность активно переживать взгляды и мысли на нас у других людей. Ослабевает критическое давление. Ощущение примерно такое же, как если бы вы бросили пудовый камень, который вам приходилось тащить.

Очень быстро приходит расслабление, которое присутствует во всем: ощущения от людей и соседства с ними более комфортное, наше тело расслабляется и становится более легким, нам становится легче излагать свои мысли, что-то делать, привлекать свое внимание. В общем, самочувствие примерно такое же, как у человека, который не пил не грамма, но заполучил некое очень приятное известие (будучи обеспокоен тем, что все может кончиться плохо).

Ну, например, вдруг – пятерка на экзамене, когда не было особенных надежд даже на трояк. И в этот момент ощущения у «слегка выпившего» и сдавшего экзамен примерно одинаковы.

Стадия третья: сокращение социальной зоны, переход «на короткую ногу»

Всеобщеизвестно, что между людьми существуют так называемые «дистанции общения». Если человек незнаком вам, то ни ему, ни вам приближаться друг к другу более чем на метр, не рекомендуется.

Чем психологически ближе люди друг к другу, тем ближе будут их дистанции (у влюбленных – до нуля), чем дальше – тем длиннее (у малознакомых людей, как правило, на расстоянии их рукопожатия, то есть суммируйте длину вытянутых ими рук). Человек, симпатизирующий другому, стремится приблизиться к нему, – равно как и человек, если он насторожен, спешит отдалиться, отодвинуться.

Угнетение «горькой» нашего диссоциированного контроля и следующее за этим психическое расслабление очень быстро приводят к тому, что у компании резко сокращается социальная дистанция, они становятся друг с другом «на короткой ноге».

Способность смотреть на себя глазами других людей приводит вас к тому, что к ним появляются настороженность и даже камуфлированная враждебность (как к потенциальному источнику критики, недовольства или злословия).

Соответственно, лишившись этой возможности, мы отчасти теряем способность воспринимать людей враждебно (если быть точнее, то до тех пор, пока кто-нибудь из них не выкинет нечто экстремальное), и все эти люди автоматически становятся нам ближе и роднее. У нас появляется несвойственная легкость и приятность в общении, отношении и присутствии. И дело не в алкоголе. Теперь вы уже знаете, в чем все дело.

Стадия четвертая: ослабление самоконтроля и процесса торможения

Итак, мы повергли на лопатки Супер-Пупер-Эго, и если остановиться и больше не пить, то все постепенно вернется в исходное состояние.

Если же продолжать возлияние, то нас ждет дальнейшее ослабление высших сознательных функций. На очереди у нас – Супер-Эго, или (что кажется более точным), – социальное бессознательное.

По мере возлияния, в психике нарастают процессы возбуждения (желания и потребности), а процессы торможения (запреты и ограничения) ослабевают.

В структуре поведения все больше начинают преобладать бессознательные невербальные (жесты, мимика, позы, движения), вербальные (шутки, реплики, обращения) и интенцианальные (это у нас уже готовые поведенческие акты) действия.

До этого момента все еще вполне может поддаваться нашему контролю, – но как только процесс возбуждения возьмет верх над процессом торможения, и самоконтроль, фактически, будет утрачен, – предсказать уже более ничего не удастся. Хотя можно попробовать.

Стадия пятая: полная утрата самоконтроля

Если на отрезке времени, когда мы только-только утратили диссоциированый контроль, все окружающие кажутся нам милыми и хорошими людьми, то после падения Супер-Эго, эти же самые люди могут показаться нам чудовищами. Это происходит потому, что мы не позволяли себе выстраивать отношения с этими людьми так, как это было бы правильно.

Например, мы обиделись, но смолчали. Или мы рассердились, но не решились высказаться. И весь этот кипящий котел недовольств, обид и того, что мы хотели сказать «на самом деле» этому человеку (этим людям), все наши злопамятства и фиги в кармане неизбежно дают о себе знать, как только мы теряем способность к самоконтролю.

Но это – не обязательно. Также может быть, что мы не решаемся выразить симпатию человеку. Мы не нашли слов сказать ему, как много он для нас значит. Да мало ли хорошего столь же молчаливо и утрамбованно может храниться в нашем подсознании. И пока мы трезвы, мы можем удерживать это сколь угодно долго, но стоит нам ослабить контроль, – наружу вылезет именно то, что больше всего мы старались скрыть.

Наиболее типичными для последней стадии (утрата самоконтроля) являются следующие паттерны поведения:

1. Агрессивный акт (вербальный, физический). Или направленный прицельно на кого-то, или «слепой», на любого, кто под руку попадется.

2. Сексуальный интерес. И здесь важно отметить, что у женщин, как правило, открытое выражение своих сексуальных чувств происходит чуть позже, чем у мужчины. Мужчина может начать сексуальную игру уже на первой стадии, а женщина (я подчеркиваю, как правило) не раньше, чем на четвертой.

3. Выяснение отношений. Любого рода, и с любым знаком (плюс или минус). Высказать о человеке все то, что думаешь о нем «на самом деле».

4. Эмоциональные завершения. Истерики, плакание в жилетку, беспричинные слезы, выговаривания «другому», ностальгия или навязчивые воспоминания о прошлом.

Может, есть и пятое, и шестое, и седьмое. Я говорю, конечно, о правилах, о закономерностях, а они у нас проистекают из расторможенности психических процессов. Нелишне будет отметить, что некоторые из перечисленных мною шаблонов смешиваются в очень причудливые коктейли: и акт агрессии может содержать в себе и сексуальный интерес, а выяснение отношений тут же и истерика со слезами.

Почему водителям кажется, что, немного выпив, им легче вести машину?

И почему музу так часто ищут в вине (и часто находят, что интересно)? Ответы на все эти вопросы я уже обозначил в первой и второй стадиях алкогольного опьянения: чуть выпив, человек освобождается от сковывающего его действия самоконтроля. А чтобы чуть лучше это понять, попробуйте вообразить и почувствовать, что вы контролируете свою походку, пытаетесь контролировать свои шаги от дома до магазина, от магазина до дома. А можете и не пытаться вообразить, а сами попробовать. Презанятные ощущения.

Наиболее высок уровень диссоциированного контроля (и плюс тревожности, неизбежно за этим следующей) у начинающих водителей. А вдруг столкнусь, а вдруг ударю, а вдруг капотом въеду в харю? Небольшая доза алкоголя снижает нервозность и контроль, число точных действий возрастает, человек начинает себя чувствовать более уверенно, ну и субъективно ему кажется, что, выпив, ему легче вести машину. Быть может, не во всех, но в некоторых смыслах это истинная правда.

Примерно то же самое – и у творческой интеллигенции: усугубив, я утрачиваю самокритику, а, утрачивая самокритику, я освобождаюсь от сковывающих моё самовыражение критических и оценочных препятствий. Алкоголь не влияет на качество (и количество) наших творческих способностей, – он лишь устраняет препятствия на пути их самовыражения.

О вредности физиологической и психологической

Возвращаясь к самому началу нашего разговора, я хочу подчеркнуть, что, с точки зрения физиологии (медицины), понятие «алкоголь вреден» – не имеет права на существования. Это столь же глупо, как, например, сказать, что «мухоморы вредны». И взрослые дяди и тети (это я про нас) не оперируют такими примитивными суждениями. Все зависит от двух вещей: от дозы того или иного вещества (величина дозы превращает его в яд, в нейтрал, или в лекарство), это раз, и от специфических качеств принимающего его реципиента (потребителя), – это два.

Например, если терапевтическую дозу вытяжки мухомора (лекарство) дать не обычному человеку, а сильно истощенному, то он может дуба дать. И, напротив, очевидно ядовитая доза может не нанести человеку никакого вреда, как, например, цианистый калий не сумел погубить Распутина, хотя подсунули ему воистину лошадиную дозу.

С психологической точки зрения я нахожу алкоголь очень малоэффективным инструментом для решения своих проблем по очень простой причине: изменение психической картины ваших ощущений приобретается путем приёма некоторого внешнего химического агента.

Выпил – полегчало, выпил – опять полегчало. Это, знаете ли, недалеко от той крыски, которая давит на педаль в поиске удовольствия. Ваше счастье становится слишком зависимым от чего-то внешнего, что еще полбеды, а вторая ее половина заключается в том, что организм быстро привыкает к любой дозе любого химического агента и ее становится недостаточно для получения желаемого состояния.

Дозу нужно все время увеличивать, и это грустно. Я не люблю зависимости, и поэтому предпочитаю иные формы трансформации психических и творческих процессов: например, транс (спонтанный или самоиндуцированный). К тому же, когда ты обладаешь алгоритмом изменения своего психического самочувствия, этой «дозы» хватает на многие годы (и десятилетия), – и её ничуть не нужно увеличивать.

Но это моё дело (и мнение), я его никому не навязываю. Дело, как говорится, «хозяйское». И я могу лишь повториться: не важно, какой именно ресурс для психических изменений вы для себя найдете. Медитация, аутотренинг, транс, техника «внутреннего идиота», или еще что угодно. Важно лишь то, что если найдете и наработаете, то потом это будет работать на вас долго и безотказно. И это очень приятно. И чувствуешь себя уверенно и хорошо.

Атипичные случаи реакции на алкоголь

А напоследок (ибо уверен, что вы заметили эту недостачу) я поделюсь своим мнением о том, как объяснять случаи атипичных реакций на минимальную дозу алкоголя. Бывает так, что человек пьянеет буквально с первой рюмки. Или наступает отравление от весьма слабых и малых доз выпитого. Или быстрый уход в «сон». Уверен, что вам приходилось встречать и первое, и второе, и третье.

Я убежден в том, что во всех этих случаях такого рода реакции обусловлены сверхконтролем. То есть, и Супер-Пупер-Эго, и просто Супер-Эго настолько сильно доминируют в сознании, что на алкоголь все время происходит реакция отторжения (сон, отказ или отравление). Иначе говоря, у такого рода людей установлен жесточайший запрет на употребление алкоголя, так как он может привести к расторможенности и потере контроля (и проявлению каких-то качеств или актов поведения, которые ни в коем случае нельзя показывать на свет). Вот и все. Проверить, кстати, очень просто: таких людей очень трудно (или невозможно вовсе) опоить до пятой степени: они или уснут, или откажутся наотрез, или отравятся. Но лучше не проверяйте, а просто поверьте мне на слово.

Вит Ценёв, psyberia.ru

Hosted by uCoz